Дивлюсь я нa небо... (procol_harum) wrote,
Дивлюсь я нa небо...
procol_harum

Categories:

Краткий очерк по новейшей истории Украины

Итак, в роковом 1914 году грянула 1-я Мировая война. Война, перевернувшая с ног на голову весь мир и Украину в частности. Среди различных остроумных планов послевоенного переустройства Европы при Германском и Австрийском дворах возник и план создания украинской державы под австро-германским протекторатом. По-настоящему серьезно этим занимались вначале только австрийцы, причем галицийские украинцы занимали в этом проекте далеко не последнюю позицию. Так например 1 августа 1914 года несколько лидеров основных украинских партий, включая радикалов, создали Верховный Украинский Совет (Головна Украiньска Рада) под предводительством депутата Рейхстага Константина Левицкого и революционера Михайлы Павлыка и призвали всех украинцев Австро-Венгрии сплотиться для борьбы против России. Едва ли создание Рады в военное время выло возможно без установки и прямой поддержки сверху – со стороны Короны. В течение первой же недели Рада призвала украинцев вступать добровольцями в Бригаду Украинских Сичевых Стрельцов, которая была создана в рамках австрийской армии и к концу месяца включала 3000 добровольцев (впоследствии число добровольцев удесятерилось и количество «сичевиков» превысило 30 000). Порыву галицийских украинцев спосообствовали боевые действия в Галиции и на Буковине, которые несколько раз переходили из рук в руки, что принесло неисчислимые бедствия народу, огромные имущественные и людские потери. К тому же, оккупировав Лемберг (Львов), российские власти начали незаконную русификацию края, причем в крайне жесткой и топорной форме. Многие украинские деятели, позволившие усомниться в том, что галичане «есть неотъемлимая часть русского народа», были арестованы и отправлены в русские тюрьмы (среди таковых был, например, и униатский мирополит Андрий Шептыцкий). Российкая политика вызвала полное отторжение у галичан и укрепила их симпатии к Австро-Венгрии.

Заигрывая с украинскими национальными чувствами, австрийские власти одновременно пытались заигрывать и с поляками, создав 1-ю Бригаду Легионов Польских во главе с бежавшим из России бывшим революционером-народовольцем и будущим маршалом и антикоммунистическим борцом - знаменитым Йозефом Пилсудским. Впрочем, двойная игра вскоре провалилась и польские легионы были расформированы.

Российская революция февраля 1917 года и последовавший за ней большевистский переворот привели российскую армию к полному развалу и способствовали очищению от русских войск Галиции, а также последующему вторжению германо-австрийских войск в пределы днепровской Украины и Беларуси. К моменту прихода германо-австрийцев в Киеве сформировался украинский эмбрионально-государственый орган – Центральная Рада (выбрана 17 марта, 1917). Центральная Рада изначально не стремилась к отделению Украины от России, а желала только лишь автономии украинских земель. Однако полный игнор со стороны Временного Правительства вынудил Раду к большей и большей самостоятельности. При этом даже заявление об автономии было воспринато в Петрограде как предательство. После октябрьского переворота, который Центральная Рада официально осудила специальным «универсалом» от 8 ноября и попытки провести такую же акцию в Киеве, Рада объявила 20 ноября о создани Украинской Народной Республики. «Третий Универсал» Рады – тот самый, который явился и декларацией независимости, содержал целый ряд призывов чисто социалистического характера, включая национализацию промышленности и захвата помещичьих земель.

25 декабря началось большевистское вторжение на подконтрольные Раде территории со стороны Харькова, в котором находилось правительство украинских большевиков. Для защиты от большевизма Рада сформировала отряды так наз. гайдамаков под руководством Семена Петлюры, а также Галицко-Буковинский стрелковый батальон из пленных австрийских украинцев, который возглавил Евген Коновалец. Несмотря на сопротивление, большевики сумели 9 февраля 1918 г. занять Киев. В ответ на это в тот же день представители Рады подписали Брестский мирный договор с Центральными Державами, одновременно пригласив германо-австрийские войска для наведения порядка. 1-го Марта 1918 года германско-австрийские войска очистили Киев от большевиков и пошли дальше. В конце марта между Радой и Германским командованием начались трения: германская сторона намеревалась использовать Украину как аграрный придаток и начала массовую экспроприацию сельскохозяйственых продуктов, одновременно препятствуя захвату помещичьих земель, что вызывало резкое недовольство крестьян, чьи интересы старалась защищать Рада.

В результате 28 апреля Рада была низложена в результате организованного немцами переворота, а Украинская Народная Республика ликвидирована. Власть была передана генерал-лейтенанту Павлу Скоропадскому, пользовавшемуся поддержкой крупных землевладельцев (таких же, как он сам), православных церковных иерархов и части находившегося на Украине русского офицерства. 30 апреля Скоропадский провозгласил Украину гетманством, а себя, соответственно, гетманом Всея Украины.

В тот же день Скоропадский распустил Раду и начал править как военный диктатор. В соответствии с первоначальными германо-австрийскими планами, ему надлежало сформировать правительство, а также организовать выборы в первый украинский парламент. Однако парламент так и не был созван вплоть до падения режима Скоропадского. Кто поддерживал идею гетманства? Собственно говоря, только две силы: Конгресс Землевладельцев (6500 делегатов из семи «малороссийских» губерний – все крупные помещики, причем почто все либо поляки, либо русские или обрусевшие украинцы), а также Киевское Митрополитство, недовольное попыткой Рады национализировать церковные земли. Многие иерархи православной церкви на Украине приветствовали независимоть и моментально начали борьбу за автокефалию.

Все остальные партии «Всея Украины» - как левые, так и центристские, и умеренно правые – были в оппозиции к Гетману, причем в оппозиции организованной и готовой к насильственным действиям, от которых некоторое время пришлось воздержаться в силу подавляющего преимущества германско-австрийских оккупантов.

Кстати, где были пределы «Всея Украины»? Это – тоже интересный вопрос. Когда Рада подписывала Брестский мир, она настаивала на том, что Украина включает Киевскую, Полтавскую, Черниговскую, Харьковскую, Екатеринославскую, Херсонскую, Подольскую и Волынскую губернии, а также Таврическую губернию (без Крымского п-ова), Хелмскую губернию бывшего Царства Польского и южные уезды Минской и Гродненской губерний (с г. Брест-Литовский). Германия и Австро-Венгрия признали эти требования, после чего Рада потребовала еще восточную Галицию с Буковиной, на что последовало обещания, что из них будет выделена отдельная автономная единица в составе Австрии. Это, а также
вопрос о Хелмской губернии, вызвал резкий конфликт Рады с правительством также созданного германскими оккупантами Польского Королевства, которое, в свою очередь, претендовало как на австрийскую Галицию, так и на бывшую русскую Волынь. Скоропадский, однако, расширил концепцию Украины, потребовав Крым, Курскую и Воронежскую губернии, Гомельский уезд Минской губернии, северную Бессарабию и восточные районы области Войска Донского. Германия формально удовлетворилa и эти требования, но... Украина Гетмана Соропадского имела скорее виртуальный, чем реальный характер, т.к. он фактически полностью отказался от суверенитета Украины в обмен на поддeржку германскими войсками «закона и порядка», который поддержать самостоятельно у него не было ни сил, ни возможностей, ни, вероятно, даже желания. В результате германо-австрийские войска проводили на Украине массовые реквизиции, легко и эффективно расправлялись с попытками партизанской войны, ну и обеспечивали безопасность вплоть до капитуляции Германии перед Союзниками 11 ноября 1918 года и эвакуацией германских и австрийских войск с Украины к концу 1918 года.

Эвакуация оккупантов означала и самоликвидацию Гетманства. Пытаясь спасти свою власть, Скоропадский лихорадочно пытался найти новых бенефакторов, рассчитывая теперь уже на Антанту. Однако страны Антанты резко отказались вести с ним переговоры. В конечном счете Гетман связался с великорусским белым движением на юге России и предложил отказаться от украинской государственности в обмен на военную помощь против большевиков и крестьянских повстанцев. Помощь была обещана, и Скоропадский согласился на объединение Украины с пост-большевистской Россией на федеративных началах, о чем официально заявил 14 февраля.

Как только сговор Скоропадского с белым движением стал достоянием гласности, оппозиция, организованная к тому времени в Украинский Национальный Союз (во главе – Семен Петлюра и Владимир Винниченко) – принял решение о вооруженном восстании, которое началось в ночь с 14 по 15 ноября 1918 года. УНС сформировал новое правительство, под названием «Директория», которое стало альтрнативной украинской властью и с помощью растующей, как снежный ком, крестьянской армии начало борьбу против падающего Гетманства. Костяк вооруженных сил Директории составил все тот же галицко-буковинский батальон «сичевиков» под командой Евгена Коновальца и Андрея Мельника. На стороне Гетмана, в руках которого по сути дела оставался только Киев, сражались немногочисленные все еще верные ему отряды «варты», немецкие регулярные части и мобилизиванные Гетманом бывшие офицеры и юнкера Российской императорской армии. Однако бои шли уже после выхода Германии из войны, и полная эвакуация немцев и австийцев была вопросом ближайшего времени. 19 декабря 1918 года последние немецкие части покинули Киев. С ними вместе сбежал Павло Скоропадский и его ближайшее окружение, бросив последних защитников города на произвол судьбы.

Конец Гетманства и переход власти к Директории явились толчком к массовой крестьянской революции на всей днепровской Украине, которая как всякая крестьянская революция сопровождалась анархией и шокирующей жестокостью. Скоропадский и его камарилья подставили под жесточайшую смерть многие тысячи людей – украинцев, русских, немцев, евреев и прочих – из числа тех, кто серьезно отнесся к гетманскому режиму. В конце 1918 года среди петлюровцев, а также и среди других повстанческих групп (григорьевцев, махновцев и др.) действовал жестокий принцип: «прислужников германских оккупантов и членов гетманской варты в плен не брать и уничтожать холодным оружием». Иными словами – резать как скот. Что и делалось...

По всей днепровской Украине, провозглашенной Украинской Народной Республикой, крестьяне в соответствии с декретом Директории приступили к захвату и разделу государственных, церковных и помещичьих земель. На Правобережье, в Подолии, а также на восточной Волыни, где подавляющее большинство помещиков были поляками, захват земли сопровождался разграблением имений, а также зверскими убийствами помещиков и членов их семей, независимо от их политических взглядов. Убивали также и управляющих, поваров, прислугу... Выживали только те помещики, кто умел вовремя сматываться. Причем сматываться надо было знать куда: единственной надежной «крысиной тропой» был путь на юг – в занятую французским экспедиционным корпусом Одессу и только оттуда – морем, окольным путем, через относительно спокойные страны, – в Польшу. Почему не напрямую? Потому что в Галиции бушевала настоящая польско-украинская война (об этом – ниже), а на Волыни – по крайней мере до конца 1919 года – гонялись друг за другом летучие полупартизанские отряды – польские и украинские. Так что коротким путем пробраться в «одражонну отчизну» и при этом сохранить жизнь было решительно невозможно.

Таким образом, к середине 1919 года польские крупные и средние землевладельцы полностью исчезли из днепровской Украины. В принципе, на селе украинские крестьяне и местные атаманы уничтожали поляков точно теми же методами, как в то же самое время турки уничтожали армян – резали «так, чтоб никогда не вернулись». По иронии судьбы, однако, поляки вернулись меньше, чем через год – в виде регулярной польской армии, но мести, как правило, не было. Более того – вернулись формально для того, чтобы помочь украинцам отбиться от большевиков с их «комбедами», «продразверсткой» и ЧК.

В городах же (а во многих из них, например, в Киеве – процент поляков доходил до десяти) массовой резни польского населения не было. В городах даже открыто действовали польские организации: «Польский Исполком на Руси» (пред. Иоахим Бартосевич) и Польский Демократический Фронт (пред. Станислав Стемповский). Однако и из городов шел отток поляков в направлени Польши или в третьи страны.

Так или иначе, за период между 1917 и 1921 годом количество поляков на днепровской Украине сократилось с 685 000 до 400 000 человек (с большинством из оставшихся постепенно расправилась уже советская власть).

Следует отметить, что подобной резни поляков не было в те же вемена в Белоруссии, которую также оставили немцы, где также сельское помещичье сословие было почти стопроцентно польским и где также порой крестьяне захватывали землю. Но происходило это, как правило, без убийств и тем более - без убийств детей, женщин и беззащитных стариков.

Очень большие проблемы в годы украинской независимости были и с евреями. Массовые погромы и резня шли повсюду – в данном случае как раз в городах. Об этом и сейчас пишутся многочисленые работы (в Америке, Канаде и Израиле) и статьи, в которых, в частности, Петлюру называют «погромщиком». Но это – еврейская точка зрения. Ученые из украинской диаспоры предъявляют указы Петлюры и другие документы, в которых он призывает бережно относиться к евреям. Называет их братьями. Документы подлинные. Однако погромы и зверские убийства – тоже подлинно были... выводы попробуем сделать
чуть ниже.

А до этого нельзя не упомянуть еще один народ, который в годы крестьянской революции и анархии также подвергался издевательствам, грабежам и массовым убийствам по национально-этническому признаку. Этим народом были немцы, поселенные на днепровской Украине по приглашению правительства Российской Империи в начале 19-го века (некоторые – в конце 18-го) – на пустых и наихудших землях. Можно было не писать о том, что на этих землях немцы построили хозяйства, резко перегнавшие по урожайности соседние украинские хозяйства, что не могло не вызывать зависти соседей. На зависть и нелюбовь к чужакам наслоились и предрассудки времен Гетманства и гражданской войны: по всей Украине ходили, например, сплетни о том, что у немцев германо-австрийскяя армия будто бы реквизировала продуктов меньше, чем у украинцев (в это вполне можно поверить – без одобрения или неодобрения). Ходили слухи и о том, что немцы якобы «за Гетмана», «за белых» и «против Украины». На этом основании в немецкие села врывались конные банды, отбирали деньги и продукты, насиловали женщин, убивали мужчин и детей – просто так, для забавы... нельзя не добавить к вышесказанному важный факт: подавляющее большинство немецких крестьян-колонистов были меннонитами и представителями других сект, которые объединялись пацифизмом и категорическим запретом на убийство или владение оружием – даже для самообороны. Даже защищая своих близких. Грабители и убийцы этих людей прекрасно знали об этом (они ведь были их соседями) и тем охотнее издевались над ними, зная, что риска для жизни нет. Однако в нескольких случаях молодые немецкие парни наплевали на религию, приобрели винтовки и револьверы и защитили своих родителей, жен и детей, перестреляв нападавших. Особо тяжелые потери понесли налетчики в немецкой деревне Заградовка, где они оставили десятки трупов своих товарищей... Весьма сожалею, что не имею под рукой украинских газет того времени, которые читал в библиотеке! Какая же вонь обрушилась на голову несчастных заградовских парней,ставших отступниками в своей деревне за то, что сберегли свои семьи и семьи соседей! Меннонитов обвиняли в «двуличности» и «жадности»... «Как же они смели уби-ить?!!!» - вопрошали журналисты-социалисты. Однако почему-то ничего не писали они об изнасилованых до смерти меннонитских девочках, изрубленных шашками стариках, и так далее... Немцев убивать можно. Немцам защищаться нельзя... (Ничего, кстати, не напоминает?).

Подобное добрососедское отношение вызвало повальное бегство немцев с днепровской Украины – причем даже не в Германию (тем более, что многие из них были на самом деле по происхождению швейцарцами и даже голландцами), а подальше от Европы - в США и Канаду, где и сегодня живут десятки если не сотни тысяч их потомков. Немецкое население днепровской Украины с 1918 по 1921 год упало с 750 000 до 505 000 человек. Оставшиеся полмиллиона либо уехали позже – пока граница СССР была открыта (до 1928), либо были добиты советской властью в 30-е – 40-е годы.

Andrew Andersen

Tags: история, украина
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments